имеем ли мы право ли наказывать близких, предположительно им во благо? возможно ли такое?

я не знаю, о чем ты спрашиваешь, но чем ближе человек, тем больнее мы к нему относимся. как-то так.
для остальных, чужих, мы строим какой-то образ — каким бы он ни был, сохраняется вполне определенная дистанция, предположим — между личным и интимным. когда эта дистанция стирается, человеку, в силу близости, человек из сложной фируры превращается в её развертку (может быть) — и кроме всего хорошего, что привлекает, открывается (в отсутствие перспективы) все темное, ужасное, всё, от чего мы тщательно охраняем ненужных нам людей.

если же речь идет о наказании как о приёме, то очень скоро (оптимистично — до шести лет) этот приём перестаёт быть результативным, иначе говоря, приобретает отрицательный педагогический эффект. если речь не идет о рефлексе (бьют — беги; или дай сдачи), смысла в наказании нет.
гораздо более практичным мне кажется принцип «толкни падающего» (ты уж прости, но плохая философия часто оказывается действенной методикой) — человек уже сам разберется, падать ему, или сражаться.
я падал, сражался. падаю, сражаюсь.
и хоть прямой ответ на твой вопрос — «да, возможно», лучше все же любить их, ибо время ограничено.

відповідаю на запитання